SÖZÖNÜ

           Galacev-Vaçnadze bu yazıda Ermeni politikanlarıtek hansısa eli, ulusu aşağılamağı, eksiltmeyi garşısına amac goymamış, sonralar Ermeni ulusutek yanlış yola salınmış Kürdlere de “ağıl dersi” vermişdir. Yazını Azerbaycan Respublikası Prezidentinin Politik Belgeler Arxivindeki Rusca Azerbaycan gazetinden köçürmüşdüm, CORONA-19 ortaya çıxan günlerde Fb-ye goymag isteyirdim. Ancag “Yeni Ermeni” Açunu ele gatdı, bu gün de garışıglıgda, anlaşılmazlıgda, biliksizlikde, Açı gurumlarının avtoritarizmde boğulurug.

Yazıdakı, Rus politik düşüncesine uyğun oluşmuş, AMEA-nın bir sıra tarix elmleri doktorlarının da anlamazca işletdiyi Ermenistan, Kürdüstan, Lazistan, Armyanskoye ploskogorye (Ermeni yaylası)… deyimlerine de politik yox, etnografik deyiliş, anlayışlartek baxmag kerekdir. L. Galacev-Vaçnadze de bunu göze çarpdırır: “Однако нет возможности определить точно границы этих областей и термины эти Tурецким правительством не были признаны официально”.

Sözsüz, L. Galacev-Vaçnadze yaradılacag Ermeni Açısının törede bileceyi guldurlugları göze alıb, yanlış özünüböyütme ideyalarının yırtıcı kaftar sürüsüne çevirdiyi Ermenilerden onlara yaraşmayan yaxçı sözler de yazmışdır.

1. Galacev-Vaçnadze yazısında bir az ağlı, politik düşüncesi olan ellere, uluslara “adam olun”, «Трезвые и потребовательные, обладающие большим чувством справедливости, трудолюбивые и восприимчивые, терпеливые до самоотвержения и опасного безразличия” Türklerle adamtek yaşayın – deyir. Sayğılarla: Yadigar Türkel. 24 fevral 2021-ci il.

Л. ГАЛАДЖЕВ-ВАЧНАДЗЕ

ЭТНОГРАФИЧЕСКИЙ СОСТАВ НАСЕЛЕНИЯ ВОСТОЧНОЙ АНАТОЛИИ

(Газета Азербайджан на Русском языке, 21 марта 1920-го года, № 58)

Лондонское совещание Верховного Совета как сообщают последние телеграфные известия, посвящено в настоящий момент Турецкому вопросу. Твориться суд над большим государством, когда-то могущественным и славным, раскинувшимся в трёх частях света, а сейчас поверженным в прах и ожидающим своего приговора от победителей – судей. По всей видимости Турции предстоит лишится Сирии, Месопотамии и Аравии, возможно также что она потеряет Фракию и часть Мало-Азиатских владений.

Если верить заявлениям известных руководителей Союзной дипломатии всё это делается во имя принципа самоопределения отдельных народностей, желающих эмансипироваться от чужеземного ига.

Мы приветствуем этот принцип и готовы даже признать, что вершители судьбы Турции заседающие сейчас в Лондоне, руководствуются в своих решениях исключительно интересами маленьких народов. Однако, провозглашения принципа самоопределения народностей, да действительно осуществление его лежит нередко бедный и трудный путь.

Говоря это, мы имеем сейчас ввиду Азиатские владения Турции, в частности, ту полосу Малой Азии, которая примыкает, непосредственно к границам Закавказских республик и известно под названием Восточной Анатолии. В печати не раз возвещалось о решении Держав Согласия создать из Восточно-Анатолийских вилайетов Турции независимую Армению, которая вместо с существующей в Закавказье Армянской Республикой должна затем образовать Соединённую Армению. Так как судьба Восточной Анатолии оставляет для Закавказских республик, в частности для Азербайджана интерес первостепенной важности. Мы считаем своевременным познакомить читателей с этнографическим составом населения этого малоисследованного уголка Турции.[1]

Знакомство с этнографическим распределением отдельных народностей в пределах Восточной Анатолии может пролить некоторый свет на политические перспективы ближайшего будущего в этом крае.

В административном отношении Восточная Анатолия, как известно, до последнего времени распадалась на 6 вилайет, или генерал-губернаторств, расположенных по восточнему побережью Чёрного моря и на Армянском плоскогорье, а именно: 1. Трапезундский вилайет, раскинувшиеся вдоль берега Чёрного моря, занимает площадь в 32. 400 кв. кил., с населением в 948.500 душ (на 1 кв. кил., приходится 29 жителей). На Армянском плоскогорье и в южной горной области Тавра расположены: 2. Эрзерумский вилайет, занимающий площадь в 49.700 кв. кил., с населением в 645.700 душ (на 1 кв. км., приходиться 13 жителей). 3. Ванский вилайет, занимающий площадь в 39.300 кв. кил., с населением в 379.800 душ (на 1 кв. кил., 9 жителей). 4. Битлисский вилайет, занимающий поверхность в 27.100 кв. кил., с населением в 398. 700 душ (на 1 кв. кил., 15 жителей). 5. Харпутский или Мамурет ул Азизский вилайет, занимающий поверхность в 32.900 кв. кил., с населением 575.200 душ (на 1 кв. кил., 17 жителей) и 6. Диарбакирский вилайет, занимающий территорию в 37. 500 кв. кил., с населением в 471.500 душ (на 1 кв. кил., 13 жителей).

Как показывают приведённые цифры, наибольшую поверхность занимает Эрзерумский вилайет, наименьшую Битлисский. В отношении населения Трапезундский вилайет происходит другие поименованные вилайеты как по абсолютной численности жителей, так по плотности заселения их (29 человек на 1 кв. кил.,) последнее место в том и другом отношениях занимает Ванский вилайет (9 чел. на 1 кв. кил.).

Впрочем, здесь необходимо сделать оговорку о том, что приведённые статистические данные, заимствованы из книги Davis Frietsch*a “Levante-handbucx”, вышедшей в 1910-ом году, наравне с другими существующими данными (например статистика консульских донесений), имеют лишь относительное значение и дают лишь приблизительные цифры. Это происходить от того, что в Турции до последнего времени не существовало переписи населения в Европейском смысле слова.

Особенные трудности представляет этнографическая статистика, т. е. определение численности каждой народности, входящей в состав населения Восточной Анатолии. В этом случае приходиться иметь дело с цифровыми данными, сильно расходящимися и потому трудно примeримыми.

Названия Лазистан, Эрменистан и Курдистан, т. е. страна Лазов, Армян и Kурдов, часто употребляется в местном обиходе для обозначения собственно береговой полосы, плоскогорья и южных гор Тавра. Однако нет возможности определить точно границы этих областей и термины эти Tурецким правительством не были признаны официально.

Прибрежная полоса (Трапезундский вилайет) в действительности заселена Лазами, Турками и по близости Трапезунда населением, говорящим по Гречески. На плоскогорье (в Эрзерумском, Ванском, Битлисском и Харпутском вилайетах) живут Турки, Армяне, Курды, Персы и Kавказские выходцы (Черкесы, Чеченцы, Лезгины и др.), а в южных горах – Курды, Несториане, Армяне и Иезиды.

При этом равнины на плоскогорье населены преимущественно Армянами, а горные и холмистые пространства заняты Курдами. Равным образом в горах Курдистана, на ряду с Курдами, местами живут Несториане, а более открытые и низкорасположенные местности и здесь заняты Армянскими населениями. Из двух больших, образуемых религиозными различиями групп, Христианской и Mусульманской, последняя в численном отношении занимает доминирующее положение, одинаково как на Черноморском побережье, так и на Армянском плоскогорье и в Kурдистане.

В Трапезундском вилайете Христиане составляют приблизительно 20 процентов всего населения, при чём из двух Христианских народностей населяющих вилайет, Армян и Греков последние превосходить по численности Армян (их численное соотношение как 3:1).

Мусульманское же население Трапезундского вилайета состоят из Лазов (находящихся в близком лингвистическом родстве с Мингрельцами, обитающими на Черноморском побережье Закавказья) и Турок, при чём значительная часть последних скорее те же Лазы, но отуреченные подобно тому, как и население, говорящее по Гречески, по мнению некоторых исследователей, происходит от туземных племен, эллинизированных во время Греческого господства в этом крае.

Лазы должны быть отнесены к исконному населению Юго-восточного побережья Понта. Воинственные и свободолюбивые Лазы, слывут на искусных возделывателей земли, каждую весну они сотнями отправляются в Эрзерум и другие города на работы в качестве садовников и огородников, возвращаясь в конце осени домой. Лазы, кроме того, славятся как хорошие моряки и лoдочники (у себя в Константинополе). Они же пользуются репутацией ловких контрабандистов (особенно в торговле табаком).

Потийские и Анатолийские Греки предприимчивы и склонны к просвещению и к торговым занятиям (доктора, юристы, банкиры, коммерсанты и др.). Они также слывут за хороших рудокопов м каменщиков: их поселения расположены обыкновенно вблизи старых свинцовых и медных рудников. Составное большинство Христианского населения на побережья Чёрного моря, Грека на Армянском плоскогорье встречаются небольшими оазисами, да и то лишь местах они сохранили свой язык.

Что касается народностей, населяющих плоскогорье, то тут прежде всего надлежит иметь ввиду, что термин «Армения» в настоящее время сохранил скорее только географическое значение, служа для обозначения территории, расположенной к югу от Понтийских гор и к Северу от горной области Тавра и характеризуемой определенными свойствами её природы (безлесное плоскогорье, орошаемое многоводными реками и нарезанное плодородными долинами и равнинами).

Приводимые у различных авторов статистические данные сильно расходятся, как относительно общего числа Армян, так в отношении Армян турецких, в частности Армян, населяющих Азиатскую Турцию или даже собственно Армению.

Вильсон определяет общее число всех Армян, так в отношении Армян турецких, в частности Армян, населяющих Азиатскую Турцию или даже собственно Армению. Вильсон определяет общее число всех Армян в 4 миллиона. Давис Трич в 2 с половины миллиона, тот же Д. Трич насчитывает во всей Турции – 1,150 тысяч Армян, Линч 1,5 миллиона, Вильсон – 2 с половины миллиона. С другой стороны, по мнению Гуго Гроте, в собственной Армении насчитывает от 1,25 до полтора Армянского населения. Линч на основании чрезвычайно продолжительного и прилежного исследования на месте находит здесь всего пол миллиона Армян.

При всей шаткости этнографической статистики Восточной Анатолии можно тем не менее считать установленным тот факт, что до последней войны в пяти наиболее населенных Армянами вилайетах (Эрзерумском, Ванском, Битлисском, Харпутском и Диарбекирском) последние составляли не больше четверти или одной трети всего населения. Только в санджаках (округах) Мушском и Ванском Армян имели численное превосходство над Мусульманами.

Но мусульмане, значительно превосходящие Армян в численном отношении, не представляют сами этнического единства и распадаются на различные племена, среди которых важнейщее место занимают Курды и Турки, а затем небольшая группа Кавказских Горцев, Персов и др.

Турки наибольшей своей массой осели в северных частях Армянского плоскогорья (преимущественно в Эрзерумском вилайете), Курды же сосредоточены в южной и юго-восточной областях Армении. Вдаваясь клином между двумя этими ветвями Мусульманского населения, Армянские поселения растянулись на плоскогорье с Востока на Запад. В этом одно преимущество географического расположения Армян. Другое их преимущество заключается в том, что они занимают наиболее плодородную часть страны. Прекрасные окрестности Ванского озера, обширные и плодородные равнины Буланыкская, Мушская и Харпутская служат главным местопребыванием Армянского крестьянства «не менее крепкого, чем Мусульманские поселение, но гораздо более трудолюбивого и прогрессивного, чем они (см. Ланч, Армения стр. 547). Неоспоримо, наконец, экономическое превосходство Армян. Большая часть торговли внутри Малой Азии находится в их руках. Более крупные купцы ведут торговые дела с Персией и Бухарой. Не мало среди них банкиров и сарафов (менял). Все же масса населения пребывает в большой нужде, а не достатке приложения труда вследствие низкого состояния хозяйственной культуры заставляет многих из Анатолийских Армян искать счастье в столице, где они вступают цехи, связанные с родным городом каждого. Так Ван и Муш посылают в Константинополь хамалов (носилщиков), Кемах – лодочников, Сивасский вилайет поваров и бекчи (сторожей) и т. д.

Вековое господство Турок не могло пройти бесследно для Анатолийский Армян. Армяне многое заимствовали в одежде, в образе жизни, в обычаях и песнях от своих соседей Турок и Курдов, но сохранили религию и язык, хотя все с детства говорят по турецки, а живущие с Курдами и по курдски. Притеснения, которым до настоящей войны подвергались Армяне, со стороны Курдов должны быть объяснены в значительной степени особым укладом жизни последних, более низким уровнем их социально-экономической культуры.

Курды, численность коих в Азиатской Турции определяется от пол миллиона (Линч) до 1.250 тысяч (Д. Трич) и полтора миллиона (Вильсон и Тозор), до настоящего времени сохраняют патриархально-родовой быть. На подобие шотландских клаков они распадаются на трибы (аширет), которые в свою очередь подразделяются на множество родов.

Очень немногие трибы насчитывают более 10 тысяч душ, обыкновенно же они превышают 3000 душ. Трибы и все члены их носят нередко имя своего вождя или области, в которой живут.

На Армянском плоскогорье значительное число Курдов превратилось в трудолюбивых землепашцев и живет плодами своих трудов. Это – оседлые Курды (Орлы), живущие в горных областях, где они засевают зерно в количестве необходимом для собственного прокормления и имеют пастбища для своих стад. Симпатии этих Курдов склоняются скорее в сторону мира. Иное дело кочующие Курды (кочери) сохранившие в полном объёме племенную организацию и пасущие стада на высоком нагорье… к Эрзерумской равнине и в горах Курдистана.

Спускаясь на зиму вместе со своими стадами на равнины, Курды до последнего времени обыкновенно располагались среди оседлого населения Армян, которое обязано было давать им и их стадам пристанище и корм. Хроническое состояние такого легализованного присвоения чужой собственности должно было пагубным образом отражаться на хозяйственной жизни оседлого населения, вынужденного ограничивать свою деятельность созданием хозяйственных благ в объёме необходимом лишь для удовлетворения своих непосредственных нужд.

Турки в Восточной Анатолии, равно как во всей Малой Азии, составляют с одной стороны служилый, чиновный класс, с другой крестьянство и класс мелких ремесленников. Главной опорой Османского могущества в Анатолии служит Турецкое крестьянство. Вот какими словами характеризует Гуго Гроте Турецких крестьян: «Трезвые и потребовательные, обладающие большим чувством справедливости, трудолюбивые и восприимчивые, терпеливые до самоотвержения и опасного безразличия, они (Турецкие крестьяне) представляют материал, из которого ещё можно создать деятельных людей и спасителей Турецкого могущества».

В городе Турок – мелкий торговец: сдельный мастер, ткач, красильщик. Его религия запрещает ему быть банкиром и сарафом. Европейские наблюдатели единогласно отмечают отсутствие у Турок предприимчивости и духа спекуляции, которыми в высокой степени обладают его соседи, Армяне и Греки.

Среди разноплеменного населения Восточной Анатолии небольшими оазисами разбросаны деревни Кавказских выходцев (Черкесов, Чеченцев, Дагестанцев и др.), о которых Европейские путешественники и последователи отзываются с большой похвалой, отмечая у них мужество и свободолюбие, смышленость и влечение к торговле и цивилизации. Со своей Кавказской родины они принесли в Малую Азию известную культуру, которой они выгодно отличаются от аборигенов. Тот же Гуго Гроте видел у них в деревнях лучшие дома, стены коих выложенные из тесанного камня, скрепленного известой и глиной, были выбелены и снабжены окнами, внутри домов железные печи с трубами, гардины перед окнами, шитые … на диванах и пр. «Ночуя в Черкесском доме, говорит и названный автор, я довольно испытывал чувство, что внезапно на несколько вот километров приблизился к своей родине.

В другом месте Гуго Гроте отмечает цивилизующие влияние Кавказских выходцев на соседей Турок. «В Антитавре и Восточной Анатолии, говорит он, я часто имел случай убеждаться в том, что деревни переселенцев с Кавказа представляли небольшие культурные базы, о благотворном влиянии коих свидетельствовали поля соседних с ними турецких деревень».

Такова приблизительно картина этнографического распределения населения на территории Восточной Анатолии накануне войны. В конгломерате народностей, населяющих эту часть Малой Азии, Армяне уже тогда не имели даже относительного большинства, а в Трапезундском вилайете их численность не превышала 5 процентов всех жителей этой области. В течение настоящей опустошительной войны населённое соотношение народностей должно было измениться здесь опять не в пользу Армян.

Достаточно сослаться на заявление бывшего министра блокады, Лорда Роберта Сесили в Английской палате общин (3 мая 1917 г.) о том, что «из 1.800.000 Армян, которые два года тому назад, проживали в Оттоманской Империи, 1.200.000 были перевезены или высланы».

Не имея численного превосходства, Анатолийские Армяне и в культурном отношении в лучшем случае лишь в слабой степени возвышаются над уровнем некоторых своих соседей.

При таких условиях позволительно спросить, сумеет ли независимая Армения, какие бы границы ни выкроил для неё Верховный Совет внести умиротворение в Восточной Анатолии? И не приведёт ли создание независимой Армении к усилению религиозного и расового антагонизма в этой многострадальной земле? Это в свою очередь ставить вопрос о линии поведения, которую руководящие политические круги Закавказских республик должны усвоить в отношении к проектируемому новообразованию в Восточной Анатолии, в ближайшем соседстве с нами.

[1]Руководствуясь статистическими данными довоенного времени, почерпнутыми в нейтральных, т. е. незаинтересованных прямо источников.